Композиторы

От автора либретто

Полина Зиновьева

С произведениями Сержа Уппена (*1957) и Анри Торга (*1950)  взыскательная публика в России уже познакомилась несколько лет назад, когда на гастроли приезжал театр Филипа Жанти с «Недвижимыми пассажирами». Команда Торг&Уппен за 20 лет совместной работы создала многочисленные программные композиции, а также оригинальную музыку для театра, балета и кино. Их трудно себе представить порознь, однако они – вполне автономные и весьма разносторонние личности. Дипломированный социолог Торг преподает убранистическую эстетику в престижном Гренобльском университете, пишет книги о визуальном звучании в городах, а бывший рок-гитарист Уппен пишет музыку для экспериментальных балетов и фильмов. Объединяет обоих музыкантов тяга к новым, еще не исхоженным путям, смелость к смешиванию разных дисциплин, неукратимая радость и бесстрашие игры в новые элементы.

Сейчас автором готовится новый оперный проект «МЕГАЛОПУС» с участием обоих мастеров. Но об этом – в другой раз.

Виолончелист и композитор Джованни Соллима (*1962) являет собой редкий пример удачного сплава виртуоза-исполнителя и виртуоза-созидателя. Невероятная игра заставляет думать о Паганини. Со смелостью и отвагой первооткрывателя материков Соллима пересекает меридианы разных музыкальных направлений, шокируя консерваторов, приводя в восторг умеющих слушать и слышать. В композициях Соллима всегда бьётся и вибрирует искорка натянутого до предела нерва, чувствуется какая-то порою неуловимая «сумасшедшинка».

В балете «Крик» композиция «Терра ария» занимает место первого финала, первого крушения утопии, первого глобального одиночества. Это – конец осязаемого. Во втором акте меняется сама фактура жизни. Но пока – живем…!

Джованни родился в семье музыкантов и обучался игре на виолончели и композиции в консерватории Палермо, которую закончил с высшими оценками. Позже занимался в Штуттгартской высшей музыкальной школе и в Моцартеуме в Зальцбурге. Выступал с музыкантами-звёздами —  Клаудио Аббадо, Джузеппе Синополи, Мартой Аргерих. Сотрудничал с такими режиссёрами и хореографами, как Питер Гринуэй, Роберт Уилсон, Петер Штайн, Каролин Карлсон и др.

Петерис Васкс (*1946). Произведения Васкса исполняются известными оркестрами и видными музыкантами современности и включаются в программы престижных фестивалей. В созвучиях Васкса буквально визуально ощущаются большие вопросы человечества, и особенно теперь, на очередном историческом переломе, они звучат тревожно и волнующе. Токката глубоко верующего Васкса, которую мы слышим в спектакле, подобна крику отчаяния, вырывающемуся из истерзанной души главного героя в момент высшего испытания — распятия.

Эрван Меллек (*1988) – аккордеонист-виртуоз, вмещающий в свои неожиданные, живые композиции целую гамму человеческого бытия. От страстных объятий танго до саркастического смешка, от сумбурного ковыляния до стремлящегося ввысь пения, он из кнопок и клавиш своего инструмента извлекает целые истории, мизансцены. Урожденец города Нант, что расположен на берегу Атлантического океана, и где родился Жюль Верн, Эрван пропитан атмосферой морского безграничного простора, которую мы и слышим в его музыке. Эрван раз и навсегда разрушает  клише, все ещё навязываемое аккордеоной музыке, оживляя её, открывая ей новое дыхание.

Бельгиец Жерар Ванденбрук (*1961) является вдохновителем многочисленных ансамблей, причём традиция французского джаза (Jazz manouche, т.е. «цыганский джаз») самым неожиданным образом переплетается с элементами свинга и более экзотических мелодий. В балете звучат произведения в исполнении квартета «Le syndicat du swing», а также «Trio de la muerte». Ванденбрук впитал в себя разнообразные культуры, в его творчестве можно услышать весь мир.

Жерар и его команда очень тепло откликнулись на моё предложение сотрудничать с нами в проекте «Крик», который тогда только вырисовывался, и проявил воистину ангельское терпение со всеми изменениями курса, которые пришлось испытать с того момента, как только замысел стал воплощаться в жизнь.

Финальная сцена родилась первой из всех, в самом начале становления балета. Музыка Макса Рихтера (*1966) как никакая другая передаёт состояние оцепеневшего одиночества героя.

Макс – универсальный артист, и, хотя «нельзя объять необъятное», умудряется всё-таки соединять в своем творчестве самые разнообразные музы современного искусства со всеми из этого вытекающими последствиями и почти неограниченными выразительными возможностями. Ученик Лучиано Берио пишет саундтреки, концертную музыку, выступает с сольными концертами при уже ставшем традиционным  аншлаге. Ведущие балетные компании уже танцевали под его музыку, включая NDT и American Ballet Theatre.

С Урсулой Бургер (*1970) я познакомилась за время моего сотрудничества с мюнхенскими государственными театрами. Она тогда работала дизайнером костюмов в Резиденцтеатре в Мюнхене, потом стала независимым дизайнером по моде и модным аксессуарам. Кроме того, что с Урсулой по-человечески приятно работать и творить, она еще и располагает к себе чуткостью к сюжету и постоянной заботой о благе артистов.

В «Крике» она, на мой взгляд, очень удачно схватила претенциозную банальность окружающих героя людей, их душевную опустошённость и серость, несмотря на то, что в костюмах присутствуют не только серые оттенки.

Ну кто же не знает Рихарда Вагнера (1813-1873)?! В связи с его юбилеем во всем мире ставили, играли, распиливали и заставляли греметь его произведения. Однако увертюра к Валькирии оказалась в нашем балете не случайно и отнюдь не конъюнктурно. Автор проекта в течение многих лет интенсивно занималась вагнеровскими шедеврами, углубляясь в них и через гениальный текст либретто, написанный самим маэстро, и через музыку, глубине пластов и коннотаций которой равных нет и вряд ли когда-нибудь да найдётся, не говоря уже об эстетической и психопортретной насыщенности и красоте. Вся современная музыка проросла на этой космической громаде. Автор, в частности, посветила «Кольцу нибелунга» целую серию рисунков (см. иллюстрации). Безжалостная погоня, которую мы переживаем в увертюре, в ином контексте повторяет травлю на посмевшего выделиться из окружающей среды-трясины индивидуума, на человека с большой буквы, несущего на своих плечах вину невинного за свой род, за свое знание, за свое существование. Безысходнось и обреченность.

Мюнхен, апрель 2014